April 7th, 2012

Несостоявшийся посол Макфол

Новость на Newsland: Несостоявшийся посол Макфол

Все большее внимание россиян приковывается к фигуре американского посла в Российской Федерации господина Макфола. Не проходит и пары дней, чтобы Майкл Макфол не «радовал» своими высказываниями по поводу ситуации в России и своих взглядов на международное положение. Пожалуй, за последнее время ни один зарубежный посол не выступал таким ньюсмейкером, которым выступает Макфол сегодня.

Его деятельность в американском диппредставительстве вызывает серьезные дискуссии уже в течение нескольких месяцев, но за последние дни господин посол, по всей вероятности, окончательно показал свое истинное лицо. А его тирада в уличном интервью журналистам НТВ, в котором он назвал Россию «дикой страной», по-настоящему возмутила российскую общественность. «Дикая страна», в которой Макфолу «посчастливилось» работать, похоже, готова устроить американскому послу настоящую обструкцию. От ее интенсивности дипломат может вспомнить и другие «яркие» слова из своего «загрубевшего русского языка», о котором он заявил в своем Твиттере.

«Коммерсант» приводит и другие цитаты господина Макфола, которые демонстрируют суть его российской «миссии». Находясь в «дикой стране», Макфол заявляет, что американцы не собираются идти ни на какие уступки по противоракетной обороне, так как на первом месте для них всегда стоит безопасность собственная и безопасность своих союзников.

В связи с этим складывается впечатление, что либо господин Макфол обладает настолько широкими полномочиями, что может не принимать во внимание мнения официальных американских властей, либо американские официальные власти просто водят Россию за нос со всеми своими обещаниями решить вопросы завтра. Второй вариант более похож на правду. Получается, что Майкл Макфол – это своеобразная лакмусовая бумажка отношения Белого Дома и Госдепа к российскому вопросу. Или еще проще: что у Хиллари Клинтон на уме и в планах, то у Майкла Макфола на языке…

Но если так, тогда Макфола в России нужно воспринимать совсем по-другому. Как оказалось, любое, даже самое небольшое давление на американского посла, вызывает у того весьма бурную реакцию, которую он тщетно пытается спрятать за дипломатической маской. Получается, что Макфола вполне можно использовать в наших государственных интересах. Вы желаете узнать, что думают в Вашингтоне по поводу сотрудничества с Российской Федерацией в вопросах сотрудничества по ЕвроПРО? – Не доверяйте невыключенным микрофонам, в которые может бросить несколько слов американский президент – доверяйте послу Макфолу! Он ведь сразу выложит свое мнение по поводу любых стратегических вопросов в отношении «дикой» России.

В связи с этим можно даже создать специальную журналистскую службу, которая будет встречать господина Макфола у входа в посольство и атаковать перекрестными вопросами. Для пущей убедительности в своей «дикости» мужчины-журналисты должны быть непременно бородатыми с недопитыми бутылками водки в руке, в дырявых валенках и лихо заломленных буденовках. Женщины-журналисты должны быть наряжены в расписные сарафаны с орнаментом в виде значков ядерной угрозы. После этого американский посол может выложить даже информацию о том, что ЕвроПРО на самом деле планируется направить на Россию и никуда больше…

Ведь, действительно, зачем обвинять нашего доброго друга Майкла в том, что он говорит такие вещи как «дикая страна», «неприемлемость ограничений по ПРО», «недемократичность выборов». Ведь из его выступлений в роли дипломатического представителя США вполне можно расшифровать доктрину взаимоотношений Штатов и России.

Кстати, мы тут гадаем, будут ли Соединенные Штаты атаковать Иран или не будут. Зачем гадать, когда под рукой есть свой агент Майкл Макфол. Стоит только американского посла встретить хороводом у входных дверей здания в Большом Девятинском переулке Москвы, как он вполне может выложить все американские планы по поводу возможного участия американцев в иранской операции.

Да с такого человека пылинки сдувать нужно! Он ведь способен принести России больше пользы, чем все российские эксперты в области исследования западных стратегий вместе взятые. Так что спасибо Госдепу за такого открытого человека, как посол Макфол, низкий поклон!

От пластилина к анимации: как создаются мультфильмы

Спрос на мультфильмы в России сейчас высок. Причем профессиональных мультипликаторов серьезно теснят любители. С помощью современных технологий пластилиновую анимацию может освоить даже ребенок. Чтобы оживить кусочек бездушного материала, оказывается, нужно не много.

Талибан готовится к реваншу

Новость на Newsland: Талибан готовится к реваншу

Узбекские исламисты - это сила уже международного масштаба, считает московский политолог Дмитрий Шушарин. В интервью Русской службе «Голоса Америки» уточнивший: сила, опирающаяся на структуры, базирующиеся на афганской и пакистанской территории.

Узбекско-афганская проблема? Или узбекско-афганско-пакистанская? Аналитики спешат продолжить перечень. «Ирак стоит на пороге нового взрыва межобщинных распрей, разгула аль-каедовского терроризма, а возможно, и распада», - полагает бывший представитель США в ООН Джон Болтон. Поясняя: «Причина - ранее принятое администрацией Обамы идеологическое решение: вывести из страны все американские боевые части к концу минувшего года».

«Сходным образом, - продолжает Болтон, - настойчивое стремление Обамы закончить в 2013 году боевые операции в Афганистане, к в 2014 - вывести из страны боевые подразделения - уже очевидным образом привело к негативным последствиям... Беспорядки и убийства, захлестнувшие Афганистан в феврале и вызванные, как считается, сожжением экземпляров Корана, продемонстрировали, насколько неустойчиво наше положение».

Слышится критика и из Москвы. Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров нашел позицию США «нелогичной». «Проблемы в Афганистане сохраняются, а теракты не прекращаются», - констатировал министр. Подчеркнув, что в результате операций НАТО террористы были не уничтожены, а вытеснены на север страны, откуда они проникают на территорию центральноазиатских государств, соседствующих с Россией.

Апрельские тезисы ОДКБ

Из одной из центральноазиатских столиц (из Астаны) шестого апреля прозвучало, однако, приглашение НАТО к сотрудничеству. Исходящее от государств-членов Организации договора о коллективной безопасности: соответствующий документ был подписан по итогам заседания Совета министров иностранных дел ОДКБ. Содержащий призыв - общими усилиями бороться с международным терроризмом и наркотрафиком и сотрудничать во имя восстановления стабильности в Афганистане.

Предполагаемый политический эффект? «Это напоминает объявлением барона Мюнхгаузена о войне с Великобританией, - полагает Дмитрий Шушарин. - Единственный смысл документа: они пытаются позиционировать себя с НАТО. ОДКБ нуждается в признании со стороны какого-то сильного партнера. Все сводится к одному: «Мы существуем - давайте партнерствовать».

Дело, впрочем, не только в характере ОДБК, но и в особенностях восточной политики Москвы. Способность которой влиять на положение дел в Центральной Азии, по мнению сотрудника московского Центра Карнеги Алексея Малашенко, сильно преувеличивается. «Разве может Россия, скажем, повлиять на процесс перехода власти в Казахстане? Или назначить президента Узбекистана?» - уточняет политолог.

Хлопок и история

Почему же инициированные Россией интеграционные проекты носят (как характеризует их Малашенко) по преимуществу виртуальный характер? Не в последнюю очередь, полагает московский политолог-арабист, потому, что государства Центральной Азии - давно уже не постсоветские государства, а страны исламского мира, самосознание которых основывается не на недавнем прошлом, объединяющем их с Россией, а на общей принадлежности к мусульманской цивилизации.

Удивляться этому не приходится, считает Дмитрий Шушарин: «С того самого момента, когда Россия появилась в Средней Азии (произошло это не так уж давно - в девятнадцатом веке), колонизация носила прежде всего военно-административный характер, но никак не экономический. Некоторые экономические последствия имели место позднее - кстати, не такие уж дурные для народов Центральной Азии».
«Однако, - продолжает Шушарин, - в эпоху второй колонизации (т.е. в годы советской власти), здесь имели место действия, граничащие с геноцидом. Вспомнить хотя бы «малый октябрь» в Казахстане...»

«Нельзя забывать и другого, - убежден аналитик, - высокую степень автономии региональных элит от советской власти в более поздние времена. Зависимость от центра носила криминально-экономический характер. Куда уходил хлопок, куда уходили богатства республик вообще? Слава Богу, все это закончилось: республики отделились от России. И это большое благо для всех участников процесса: у России там очень узкая сфера интересов - ее можно назвать трубопроводной. Да и что там делать России? Поднимать тамошнее хозяйство? Нет денег. Конкурировать с Китаем (которому Таджикистан кусок за куском отдает свою территорию в обмен на беспрецедентные кредиты) невозможно. Предложить народам этих республик нечего. Как, впрочем, и их элитам - поведение Рахмона, оказавшегося у власти усилиями Узбекистана и России, а теперь плюющего на Россию, - весьма показательно».

Талибан-2012 и системная оппозиция

Такова система. Угрожает ли ей радикальный исламизм - и в частности, извне? «Нынешние талибы, - сказал в интервью Русской службе «Голоса Америки» российский журналист и политолог Петр Гончаров, - это уже не талибы времен Бин-Ладена. Не скрывавшего, что для него и весь бывший СССР, и Европа - враждебная территория. А заодно - предрекавшего, что Россия и Запад «захлебнутся в наших наркотиках». В отличие от «архитектора 11 сентября», представители сегодняшнего Талибана не раз заявляли, что, придя к власти, будут общаться с республиками Центральной Азии в строгом соответствии с нормами международной практики. А точнее - что не станут экспортировать туда радикальный ислам».

Правда, одно обстоятельство порождает серьезные сомнения на этот счет. «Среди талибов, - продолжает Гончаров, - хотели бы они того или нет - присутствуют радикальные исламисты из самой Центральной Азии - скажем, из "Исламского движения Узбекистана" или из "Хизб ут-Тахрир". Вот эти люди действительно представляют опасность для Центральной Азии».

Чего же ждать после 2014 года? «Афганистан - это, так сказать, хроническое дежавю, - констатирует Петр Гончаров. - Поэтому я считаю, что полностью уйти в 2014 году, значит все пустить насмарку. Если судить по советскому опыту, то уровень боеготовности местной армии и полиции в присутствии иностранных войск - это одно дело, а в отсутствии их - совсем другое. И если войска НАТО все-таки уйдут, то он понизится. А вот количество дезертиров - увеличится».

Так выглядит военный аспект проблемы. А политический? «В Афганистане, - рассказывает российский журналист, - есть своя - системная - оппозиция, выдвигающая достаточно жесткие предусловия переговоров с талибами. А именно: талибы должны заявить, что готовы сложить оружие и признать конституцию страны. Попросту говоря - признать нынешний государственный строй, гарантировав, что завоевания афганского общества за десять лет не будут утрачены».

О каких завоеваниях идет речь? «Сегодняшний Афганистан, - констатирует Гончаров, - это все-таки не чисто теократическое государство, как этого хотели бы талибы, а какое-никакое гражданское общество, с определенными свободами. И в частности - правами женщин. И речь идет о том, чтобы в этих вопросах уступок не было».

У талибов - другое мнение. Конституцию они считают навязанной и, еще того хуже, расходящейся с принципами ислама. «По существу, - продолжает журналист, - они и нынешнее правительство не считают легитимным, из-за чего и контактируют в основном с американцами. Правда, летал в Катар министр Залмай Расул (министр иностранных дел Афганистана - А.П.). И вот, вчера на совместной пресс-конференции с главой МИД Катара министры заявили, что договорились об открытии представительства талибов в Катаре. С тем, чтобы сесть, наконец, за стол переговоров. Правда, Расул поспешил уточнить, что переговоры должны вестись исключительно под патронажем афганской стороны - а не катарской и не американской...»

Есть у афганской оппозиции и другие требования: урезать президентские полномочия, превратив Афганистан в парламентскую республику. Передать тюрьмы под управление афганской стороны - о чем подписано соглашение с НАТО. Решить вопрос о ночных операциях, которые натовские военные считают наиболее эффективными в борьбе с боевиками. По словам Петра Гончарова, общие подходы к проблемам «начинают просматриваться». Но быстро, подчеркивает журналист, их не решить.

Впрочем, это - особенности продолжающегося переходного периода. А что потом? Насколько вероятен реванш Талибана? «Возможности талибов сегодня несколько преувеличиваются, причем всеми, - считает Петр Гончаров. - Дескать, стоит натовцам уйти, как талибы тут же возьмут власть в свои руки. Но если бы дело обстояло так, то почему бы талибам не подождать немного, пока американцы не уйдут, чтобы затем воспользоваться ситуацией?»

В самом деле - почему? Между тем, констатирует аналитик, «талибы, напротив, наращивают подрывные действия. Цель? На мой взгляд - задержать вывод американских войск. С тем, чтобы что-то для себя выторговать, заставив американцев пойти на уступки. Например - предоставив талибам те или иные министерские посты».
По мнению Гончарова, в Афганистане есть кому удерживать власть и помимо иностранных войск. «Когда-то, - вспоминает он, - моджахеды уже говорили: русские уйдут, и мы возьмем власть. Но - не получилось: как только в 1986 году было заявлено, что через два с половиной годы советский контингент будет выведен, афганская армия и полиция стали к этому готовиться. И когда моджахеды - сразу же после ухода советских войск - развернули широкое наступление под Джелалабадом, правительственная афганская армия легко с ними разделалась. И если бы позднее афганскому режиму не перекрыли поставки керосина, бензина и дизельного топлива, то власть Наджиба, вероятно, не рухнула бы».

А национальный вопрос? И тут изменения налицо. «Это раньше, - подчеркивает Гончаров, - талибы выражали чаяния пуштунского населения - в противостоянии широкому альянсу таджиков, узбеков и хазарейцев. А сегодня многие убежденные пуштунские патриоты категорически не приемлют талибов. И скорее всего, после ухода американцев те из них, что выступают против создания теократического эмирата, объединятся».

Впрочем, не дремлет и заграница. Тем более что граница - очевидная условность. «Примерно неделю тому назад, - рассказывает московский журналист, - в восточной провинции Нуристан появились талибы. Пришли они из Пакистана. И говорят, по свидетельству очевидцев, либо на пакистанском варианте пушту, либо вообще на урду».
Итак, международный характер проблемы ощущается и на месте. «Сам факт создания эмирата, построенного на принципах радикального ислама, конечно, представлял бы опасность для ситуации в Центральной Азии, - убежден Гончаров. - В первую очередь - как стимул для местных исламистских группировок. И в частности - действующих в Узбекистане».